Зачем Москве типовые голубятни

Кто это придумал

Инициатор проекта — Фонд защиты городских животных, НКО, известная своими проектами «КотоБюро» и «Кошачий патруль». В партнёрах — архитектурное сообщество и профильные институции, включая школу МАРШ и бюро ЦЛП.

Речь не о частных голубятнях «во дворе», а о попытке превратить их в полноценный элемент городской среды. С понятными правилами, собственым дизайном и масштабируемостью.

В чем идея

Авторы предлагают вернуть голубятню в город в виде продуманного объекта инфраструктуры. Сейчас голуби в Москве есть, а вот инфраструктуры для них — нет. Птицы занимают карнизы, чердаки и вентиляцию, что создаёт конфликт с жителями.

Проект предлагает другой сценарий:

определить понятные места для размещения голубятен,

управлять популяцией гуманными методами,

снизить хаотичное расселение птиц по городским зданиям.

Голубятня в этой логике становится инструментом управления городской средой, а не просто домиком для птиц.

Как это будет работать

На первом этапе команды под руководством архитекторов разрабатывают концепции. В фокусе — баланс между несколькими требованиями:

безопасность и гигиена для города,

комфортные условия для птиц,

внятная интеграция в разные локации — от дворов до общественных пространств.

Организаторы обсуждают не единичный объект, а сеть. Решения должны быть вариативными, чтобы подходить под разные городские контексты. Главный практический вопрос — экономическая и эксплуатационная устойчивость таких объектов. Пока решения прорабатываются, именно этот момент станет фильтром на стадии внедрения.

Стигма летающих крыс

Инициаторы прямо говорят о необходимости изменить отношение горожан к голубям. Эти птицы в городском дискурсе давно получили прозвище «летающие крысы», и этот ярлык, по мнению организаторов, пора снимать.

«Мы не ожидали такого высокого интереса к теме: конкурсу и образовательным интенсивам, — говорит Екатерина Дмитриева, основатель и директор Фонда защиты городских животных. — Он говорит о том, что тема голубей, голубятен действительно актуальна для современного общества, города. Сегодня важно вернуть в городской дискурс уважительный, профессиональный разговор о голубях как части городской фауны — снять стигму “летающих крыс”, легитимизировать присутствие птиц в городе и предложить архитектурно грамотные, визуально привлекательные и безопасные для птиц и людей решения».

За этим стоит прикладная проблема: сейчас взаимодействие города и синантропных птиц фактически не регулируется архитектурно.

«Тема городской голубятни вдохновляет — это не экзотика, а реальная городская типология с глубокой историей, — отмечает Андрей Фомичев, креативный директор «Материи». — Обычно мы говорим про город, ориентированный на человека, но город — это общий дом и для других живых существ. Замечательно, что в 2026 году можно не просто “пофантазировать” в учебной студии, а обсудить, спроектировать и довести до прототипов решения, которые затем можно внедрять. Наша цель — чтобы дискуссия имела практический эффект».

Что дальше

Сейчас идёт образовательный этап и командная работа. В апреле команды продолжат дорабатывать концепции в мастерских кураторов. К маю проекты оформят в конкурсные предложения.

Лучшие решения покажут на АРХ МОСКВА 2026 и соберут в каталог — как потенциальный стандарт для внедрения в городскую среду. По задумке организаторов, это должны быть не чертежи, а готовые к реализации прототипы.

Контекст: голубиные традиции

Голубятни в московских дворах имеют длинную историю. В древности голубятни были частью хозяйства:  голубей употребляли в пищу, помет использовали как удобрение, а голубиная почта работала как система связи. В Европе они часто становились архитектурными доминантами — отдельными башнями и павильонами.

В СССР голубиная почта входила в оборонную систему и активно использовалась в Москве во время Великой Отечественной войны. В послевоенные годы голубятни превратились в элемент дворовой культуры. При этом в России они были уделом энтузиастов,  так и остались «вернакулярной» архитектурой — самодельной и не встроенной в городскую политику.

Теперь эту логику пытаются развернуть: из стихийной практики — в управляемую городскую типологию. В этом смысле конкурс — не столько про птиц, сколько про расширение самой идеи городской инфраструктуры, куда постепенно включают четвероногих и пернатых горожан.